Беседа въ храме

О проектѣ
Новости
Афиша
Бесѣда въ храмѣ
Страница 2
Библiотека
Благотворительность
Церковная лавка
Ссылки


Электронная почта




.

«Онъ между нами жилъ...»

      Онъ впервые появился въ нашемъ храмѣ то ли въ концѣ 80-х, то ли въ началѣ 90-х годовъ. Когда именно — не помню. Да, по правдѣ сказать, просто не знаю. Мы замѣтили его появленіе не сразу. А еще позднѣе узнали, что этотъ паренекъ работаетъ то ли медбратомъ, то ли санитаромъ въ какой-то больницѣ или поликлиникѣ и что зовутъ его Павломъ. Это имя какъ нельзя лучше подходило ему — онъ былъ небольшаго роста, бѣдно одѣтъ, да, вдобавокъ немного хромалъ.
      Павелъ, какъ говорится, «прибился» къ нашему храму. Мы постоянно видѣли его то съ метлой на церковномъ дворикѣ, то идущимъ отъ колонки съ ведрами въ рукахъ. А по веснѣ съ лопатой въ рукахъ на заснѣженной крышѣ храма. И такъ продолжалось дни, мѣсяцы, годы. Павелъ охотно выполнялъ любую работу. Требовалось ли замѣнить перегорѣвшую лампочку, отскоблить полы отъ восковыхъ капель, начистить до блеска ризы и подсвѣчники, наколоть дровъ — Павелъ былъ тутъ какъ тутъ. Приходя въ храмъ, мы всегда встрѣчали его тамъ. А когда мы уходили, онъ все еще оставался въ немъ, то ли для того, чтобы помочь его закрыть, то ли для того, чтобы остаться въ немъ на ночь въ качествѣ сторожа. Пожалуй, къ нему какъ нельзя лучше подходили евангельскія слова о томъ, что онъ «былъ всѣмъ слуга». Какъ только настоятелю, о. Серафиму, или второму священнику, о. Виктору, или старостѣ Аллѣ Андреевнѣ, или кому-нибудь изъ уборщицъ или свѣчницъ требовалась помощь, Павелъ являлся по первому зову и брался за любое дѣло, которое ему поручали.
      По правдѣ говоря, безотказностью и исполнительностью Павла иногда злоупотребляли. Напримѣръ, однажды, когда въ храмъ привезли дрова, Павлу поручили сложить ихъ въ сарай. Онъ занимался этимъ весь вечеръ подъ проливнымъ дождемъ, а помочь ему никто и не подумалъ. Въ это время въ церковной кухнѣ справляли чьи-то именины. Павелъ такъ и не успѣлъ убрать всѣ дрова. А наутро оказалось, что ночью кто-то укралъ часть оставшихся на улицѣ дровъ. И староста Алла Андреевна строго отчитала Павла и даже грозилась взыскать съ него стоимость пропавшихъ дровъ. А онъ стоялъ молча, съ виноватымъ видомъ, не пытаясь оправдаться. А потомъ пошелъ выполнять ея очередное порученіе.
      Я оказалась случайнымъ очевидцемъ этой сцены. И, надо сказать, не придала ей тогда никакого значенія. Ну кто же не знаетъ нашу Аллу Андреевну, бывшую убѣжденную коммунистку-активистку, а нынѣ такую же убѣжденную активистку, только уже церковную? И, зная это, стоитъ ли удивляться, что у нея такой воинственный характеръ, что общеніе съ ней становится настоящимъ испытаніемъ на терпѣніе, смиреніе и любовь? Зато благодаря ея трудамъ нашъ храмъ и снаружи, и внутри выглядитъ какъ игрушечка... А что говорятъ, будто нѣкоторые побаиваются заходить въ него послѣ случайной встрѣчи съ Аллой Андреевной, такъ это явный поклепъ. Вѣдь человѣкъ она, какъ говорится, хоть и горячій, да отходчивый. И по-своему любила Павла, или «Пашку», какъ она его чаще называла.
      Прошли годы. За это время въ нашемъ храмѣ смѣнились много работниковъ и прихожанъ. А Павелъ по-прежнему остался вѣренъ нашему храму. И былъ все такимъ же безотказнымъ и исполнительнымъ. Казалось, что стремленіе помогать всѣмъ было чертой его характера. Не разъ приходилось мнѣ видѣть, какъ онъ помогаетъ взобраться или спуститься по церковной лѣстницѣ какой-нибудь полуслѣпой старушкѣ. Или мастеритъ для этой самой лѣстницы новыя, болѣе удобныя перильца. Или кормитъ голодную кошку, которую кто-то подбросилъ къ нашему храму. Мало того. Мы замѣчали, что наши потрепанныя ноты вдругъ оказывались аккуратно подклеенными. А разсыпавшійся по листочкамъ ветхій старинный Октоихъ спустя четыре недѣли «вернулся» на клиросъ переплетеннымъ. Разумѣется, это сдѣлалъ Павелъ, причемъ безъ всякихъ просьбъ со стороны регента или псаломщицы. Стыдно сказать, но мы воспринимали это какъ должное. И никто изъ насъ даже не сказалъ Павлу спасибо за то, что онъ починилъ наши книги.
      Спустя лѣтъ десять съ тѣхъ поръ, какъ Павелъ появился нашемъ храмѣ, онъ былъ рукоположенъ во діакона. Произошло это такъ. Въ это время въ нашемъ городѣ было открыто нѣсколько новыхъ церквей. И вотъ нашъ второй священникъ, о. Викторъ, былъ переведенъ въ одинъ изъ такихъ новыхъ храмовъ настоятелемъ. Тогда о. Серафимъ ходатайствовалъ передъ епископомъ о рукоположеніи Павла. Такъ Павелъ сталъ діакономъ, отцомъ Павломъ. А еще черезъ два года — священникомъ.
      Рукоположеніе Павла стало неожиданностью для многихъ. Въ томъ числѣ для насъ, пѣвчихъ. Вѣдь онъ не обладалъ ни однимъ изъ тѣхъ качествъ, которыми, по нашему мнѣнію, долженъ былъ обладать настоящій священникъ. Одно дѣло о. Серафимъ съ его картинной внѣшностью, громкимъ голосомъ, прекраснымъ музыкальнымъ слухомъ, съ его краснорѣчіемъ и эрудиціей — какъ говорится, изъ священниковъ священникъ. И совсѣмъ другое — о. Павелъ, въ которомъ не было ровнымъ счётомъ ничего изъ вышеупомянутыхъ достоинствъ. Вдобавокъ онъ еще и говорилъ тихо и невнятно. А когда онъ пытался пѣть, нашъ регентъ хватался за голову, а мы прыскали въ кулакъ. Эта разница между священниками особенно бросалась въ глаза, когда они вмѣстѣ выходили на амвонъ — высокій, величественный о. Серафимъ, а рядомъ съ нимъ — невзрачный, тщедушный о. Павелъ. Было очевидно, что о. Серафимъ совершилъ непростительную ошибку, не выбравъ себѣ въ помощники кого-то получше.
      Но недостатки отца Павла не ограничивались отсутствіемъ дикціи и слуха. Онъ еще и не умѣлъ говорить проповѣди. Даже пытаясь прочесть проповѣдь по заранѣе написанному тексту, онъ начиналъ запинаться и заикаться. Кончалось это тѣмъ, что изъ алтаря выскакивалъ побагровѣвшій о. Серафимъ и дѣлалъ выразительный жестъ рукой. Послѣ чего о. Павелъ, ещё болѣе теряясь, спѣшилъ произнести заключительное «аминь» и скрывался въ алтарь, гдѣ молча получалъ отъ настоятеля заслуженный нагоняй. Послѣ двухъ-трехъ такихъ проповѣдническихъ опытовъ о. Павла проповѣди въ нашемъ храмѣ читалъ исключительно о. Серафимъ.
      Надо сказать, что принятіе священнаго сана нисколько не измѣнило Павла. Нерѣдко человѣкъ, ставъ священникомъ, становится суровымъ, важнымъ и недоступнымъ. А о. Павелъ остался такимъ же простымъ, исполнительнымъ и безотказнымъ, какимъ былъ и раньше, до рукоположенія. И всё такъ же помогалъ старушкамъ-прихожанкамъ, кололъ дрова, а по веснѣ, забравшись на церковную крышу, чистилъ снѣгъ. А подчасъ выслушивалъ и очередной выговоръ отъ Аллы Андреевны, которая иногда въ сердцахъ по старой привычкѣ называла его Пашкой, на что онъ нисколько не обижался.
      …Въ то лѣто о. Серафимъ впервые за много лѣтъ собрался поѣхать въ отпускъ. Вѣрнѣе, въ длительное паломничество по святымъ мѣстамъ. И на это время оставилъ храмъ, какъ говорится, на попеченіе о. Павла. Такъ что о. Павлу одному пришлось и служить, и крестить, и отпѣвать, и вѣнчать. Онъ дѣлалъ это изо дня въ день, съ утра до вечера. Казалось, онъ дневалъ и ночевалъ въ храмѣ, не зная отдыха. Но никто изъ насъ тогда не помогъ ему хотя бы добрымъ словомъ. Напротивъ, мы злились, что онъ служитъ такъ медленно. Ну что онъ тамъ такъ долго возится съ кадиломъ? Ну что онъ такъ медленно читаетъ молитвы? Ну неужели онъ не можетъ исповѣдовать побыстрѣе? И мы зло смѣялись надъ нимъ, когда онъ путалъ возгласы или говорилъ такъ невнятно, словно языкъ уже отказывался служить ему…
      Насталъ Праздникъ Преображенія Господня, или, какъ часто говорятъ въ народѣ, яблочный Спасъ. Въ этотъ день лѣвый клиросъ нашего храма напоминалъ фруктовую лавку. На аналоѣ стояло блюдо съ фруктами, предназначавшимися для уборщицъ и свѣчницъ, посрединѣ котораго въ окруженіи румяныхъ яблокъ и грушъ красовался полосатый арбузъ. Рядомъ стояла миска съ яблоками и янтарнымъ кишмишемъ — для насъ, пѣвчихъ. А справа, на блюдечкѣ съ розами, среди крупнаго темнаго винограда возлежало зеленое яблоко размѣромъ съ дѣтскую головку съ этикеткой на блестящемъ боку — для Аллы Андреевны. Ароматъ всѣхъ этихъ «плодовъ земныхъ» сливался съ ароматомъ фруктовъ, принесенныхъ многочисленными прихожанами, такъ что въ храмѣ пахло, какъ во фруктовомъ саду.
      Наконецъ насталъ самый желанный для насъ моментъ праздничной Литургіи — освященіе плодовъ. Прочитавъ положенныя молитвы передъ аналоемъ съ фруктами и окропивъ ихъ святой водой, о. Павелъ неожиданно обернулся къ народу и заговорилъ. Это было удивительно — вѣдь всѣ знали, что о. Павелъ не умѣетъ говорить проповѣди.
      Къ стыду своему скажу — мы почти не слушали его. Мы дѣлили виноградъ и хрустѣли освященными яблоками. И въ это время я вдругъ услышала странныя слова о. Павла, словно пронзившія меня насквозь: «…но путь на Фаворъ всегда лежитъ черезъ Голгоѳу, и другого пути нѣтъ. Путь христіанина — всегда крестный путь. И на этомъ пути такъ важно не потерять вѣру въ Бога и не разучиться любить». Что такое? Неужели это говоритъ отецъ Павелъ? Въ удивленіи я обернулась и увидѣла… Знаете, бываетъ, что о человѣкѣ говорятъ: «онъ словно вѣсь сіяетъ». Такъ вотъ къ о. Павлу эти слова тогда подходили какъ нельзя лучше — онъ словно весь свѣтился. Мнѣ даже показалось, что на амвонѣ стоялъ не онъ, а какой-то совсѣмъ другой, лучезарный человѣкъ. Впрочемъ, это длилось лишь мигъ-другой. Потомъ о. Павелъ замолчалъ и широко осѣнилъ народъ Крестомъ, который держалъ въ рукахъ. Послѣ чего люди стали прикладываться къ Кресту, а о. Павелъ кропилъ святой водой плоды въ кулькахъ и корзинкахъ, которые они держали въ рукахъ. А мы открыли Минею и запѣли праздничные тропарь, кондакъ и стихиры.
      Выходя на улицу, мы дожевывали освященные фрукты и оживленно болтали. Мимо насъ, кто — изъ храма, кто — въ храмъ, шли мужчины и женщины, тоже говорившіе о чемъ-то своемъ, о жизни, о дѣтяхъ, о пенсіяхъ и зарплатахъ, о послѣднемъ телесеріалѣ и послѣднемъ бѣдствіи. До меня долетѣлъ обрывокъ разговора двухъ старушекъ съ кульками въ рукахъ, гдѣ, судя по округлымъ очертаніямъ, находились яблоки:
      — А что это батюшка-то сегодня какой-то странный… И свѣтлый такой, и говорилъ какъ-то странно…словно прощался…
      Разговоръ оборвалъ зловѣщій визгъ тормозовъ подъѣхавшей къ храму «скорой помощи». Изъ распахнувшейся дверцы машины выскочили трое въ темно-синихъ костюмахъ — женщина, вѣроятно врачъ, и два санитара съ носилками въ рукахъ. Что случилось? Впрочемъ, объясненіе нашлось быстро — видимо, какой-то старушкѣ въ храмѣ стало плохо. Такое бываетъ. Однако женское любопытство взяло верхъ, и мы столпились у входа, ожидая, что же будетъ дальше.
      Они вернулись очень быстро, неся кого-то на носилкахъ. Но это была не старушка. На носилкахъ лежалъ о. Павелъ. Носилки погрузили въ машину, и «скорая» рванула прочь, мигая синей лампочкой на крышѣ…
      Отецъ Павелъ умеръ прежде, чѣмъ его успѣли довезти до больницы. Потомъ одинъ врачъ объяснилъ мнѣ, отъ чего онъ умеръ. Оказывается, у него одинъ изъ главныхъ сосудовъ имѣлъ очень тонкую стѣнку. И вотъ она не выдержала и прорвалась. Это могло произойти раньше или позже, но когда-нибудь должно было произойти. Но, видимо, Богъ судилъ такъ, чтобы о. Павелъ умеръ именно въ Праздникъ Преображенія Господня.
      Странное дѣло, но послѣ смерти этого невзрачнаго, незамѣтнаго человѣка, не умѣвшаго ни пѣть, ни говорить проповѣди, нашъ храмъ словно осиротѣлъ. Вздыхаютъ по угламъ старушки, которымъ теперь уже никто не поможетъ спуститься съ крутой церковной лѣстницы и не починитъ сломанную клюку. Стоятъ у порога пустыя ведра съ сухими донышками, дожидаясь, когда какой-нибудь добрый человѣкъ наноситъ воды для церковной кухни. И жизнерадостный о. Серафимъ какъ-то сникъ и сталъ все чаще говорить о смерти. Даже боевая Алла Андреевна пріумолкла. Потому что со смертью о. Павла какъ будто что-то навсегда ушло изъ нашего храма.
      И теперь, когда мнѣ хочется написать о немъ хоть напослѣдокъ что-то доброе и памятное, нужныя слова почему-то никакъ не приходятъ на умъ. Развѣ только строчка изъ стихотворенія Пушкина: «онъ между нами жилъ…» Онъ между нами жилъ…
      Между нами жилъ человѣкъ Божій. Но почему же мы поняли это лишь тогда, когда его не стало?..

Монахиня Евѳимія (ПАЩЕНКО)

Журналъ «Православная беседа» №5 2007 года

8 Сентября/26 Августа 2008 года





«Предыдущая страница Слѣдующая страница»


Молитвенная помощь
      Просимъ молитвъ нашихъ читателей о здравіи и спасенiи души іеромонаха Митрофана, іеромонаха Варѳоломея, протоіерея Владиміра, іерея Бориса, iерея Алексiя, рабовъ Божiихъ Виктора, Максима, Сергiя, Галины, Елены, Татiаны и всѣхъ Православныхъ Христiанъ.

  Авторъ проекта Викторъ Богучаровъ .

  © 2008, «Бесѣда въ храмѣ» .